В жизни, В личном развитии
Добавить комментарий

Дэниэл Сигел: «Майндсайт — это специальным образом направленное внимание»

James Reese

Дэниел Сигел (Daniel Siegel) — детский нейропсихиатр, профессор Медицинской школы Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, директор основанного им «Института майндсайта» и родоначальник нового поля исследований – межличностный нейробиологии — и исследователь практики внимательности. Накануне выхода на русском его первой книги «Майндсайт — новая наука личной трансформации« я взяла у него интервью для журнала Psychologies, полную версию которого публикую здесь.  

Интервью © Анастасия Гостева

«Майндсайт» — ваша первая книга на русском. И это слово изобретено вами. Что оно значит?

Оно возникло в 1980-м из двух английских слов: mind — сознание, разум и insight — озарение. Я был молодым студентом-медиком, который решил бросить медицинскую школу, потому что все во мне протестовало против того, как медицина и мои профессора относились к людям – как к биологическим машинам, нуждающимся в ремонте. В этом не было ни эмпатии, ни осознания связи между внутренним состоянием человека и его болезнью. И я пытался как-то назвать для себя то качество, которого им, по моему мнению, не хватало.

Но то, что я сегодня понимаю под майндсайтом, несколько отличается. И для того, чтобы лучше понять, о чем я говорю, надо немного рассказать о межличностный нейробиологии. Она изучает, как наши личные нейробиологические характеристики связаны с тем, какие межличностные связи мы способны устанавливать. Это не подвид нейробиологии, а целое поле исследований, которое включает в себя множество разных дисциплин и подходов – от математики до химии, от биологии до социологии, от антропологии до психологии.

Все началось в 1991 году,  когда у ученых вдруг появились инструменты для изучения мозга, которых не было раньше. Я возглавлял группу исследователей, которые представляли самые разные направления науки – физику, химию, биологию, психологию, философию, антропологию, социологию, математику. Наша задача заключалась в том, чтобы сформировать некое общее представление о мозге и сознании.

В то время очень распространенной точкой зрения была такая: сознание, разум – просто продукт мозговой активности. Мы хотели в том числе понять, так ли это. Но уже самая первая наша встреча чуть не закончилась катастрофой – оказалось, что представители разных научных дисциплин совершенно по-разному определяют, что такое мозг. А о том, что такое сознание, большинство даже не задумывались. Представьте себе: человека шесть лет учат психологии, и за эти шесть лет ему ни разу не дают точного определения сознания! Я был в тупике. Не знал, что делать…

Но проект в результате все-таки состоялся. Как удалось выбраться из этого тупика?

Я в расстроенных чувствах пошел гулять на берег океана. Гулял долго, и наконец меня осенило. Я вдруг понял, что, когда мы говорим о сознании, мы можем говорить о физических или химических процессах в мозге или о взаимодействии между людьми, но в этих разных интерпретациях есть нечто общее. Мы всегда говорим о том, что можно назвать обменом энергией и информацией. Это может быть химическая энергия, понятная химику, или психическая энергия общения, против которой не возражают психологи, или электромагнитные импульсы между нейронами.

И когда я вернулся к нашей рабочей группе, мое предложение заключалось в следующем – что, если один из аспектов человеческого сознания мы можем определить как проявленный в теле, самоорганизующийся процесс, возникающий в ситуации, когда есть какие-то отдельные элементы – структуры мозга, нейроны, люди, группы людей, – и выстраивающий отношения между этими элементами посредством регуляции потока энергии и информации между ними? Сознание необходимо, чтобы осознавать внутренние процессы внутри нас, между нами и другими людьми и между большими группами людей.

И неожиданно все согласились. Антропологи, изучающие культуры, социологи, изучающие группы людей, биологи, изучающие строение отдельного человека, химики, физики, все участники нашей группы – все были согласны! Это было поразительно. Все 40 ученых могли наблюдать в своем опыте, как различные элементы и структуры действительно непрерывно обмениваются информацией и энергией, и есть процесс, который явно этим управляет. И мы придерживались этого определения на протяжении 4,5 лет, пока существовала наша рабочая группа.

К каким выводам вы пришли в результате это работы? Иными словами, как вы можете расшифровать ваше определение сознания, прояснить его?

Первое: сознание – это поток энергии и информации, который постоянно определяет нашу жизнь. Мы с вами сейчас разговариваем и обмениваемся энергией и информацией, а когда интервью опубликуют, этот поток будет направлен на тысячи людей – и это изучают антропологи и социологи. Нейроученые исследуют, как энергия и информация передаются через нейронные контуры в нашем мозге, когда кто-то читает это интервью. Между различными структурами (от отдельных нейронов до целых цивилизаций) всегда присутствует поток энергии и информации.

Второе – этот поток всегда связан с отношениями и всегда так или иначе проявлен в нас на уровне физического тела, воплощен в нашем теле.

И наконец, сознание – сложная система, у которой всегда есть три качества: открытость внешним воздействиям, склонность к хаосу и нелинейность. Но что же тогда сохраняет целостность такой открытой, нелинейной и склонной к хаосу системы? В теории комплексных систем это качество называется «самоорганизацией». Чтобы самоорганизация была возможна, в нас должна присутствовать способность осознавать эту сложную систему, направлять на нее внимание.

Так я пришел с современному пониманию майндсайта.

Что же это?

Майндсайт — это разновидность особым образом сфокусированного и направленного внимания, которое позволяет нам наблюдать и осознавать работу нашего собственного сознания и сознания других людей.

Вы называете его нашим «седьмым чувством»… 

Наши пять чувств направлены на внешний мир. Шестым я называю интероцепцию – нашу способность воспринимать свои внутренние телесные ощущения. Но есть и седьмое чувство – способность воспринимать и осознавать свои мысли и чувства, а также чувства и мысли других людей, разновидность особым образом сфокусированного и направленного внимания. Я называю его «майндсайт».

Майндсайт объединяет три компонента. Во-первых, это собственно инсайт, то самое озарение, которое позволяет нам в буквальном смысле увидеть и осознать внутренние процессы, которые происходят в нашем сознании. Во-вторых, это эмпатия, способность чувствовать и воспринимать, что происходит с другим человеком. И в-третьих, интеграция – которая одновременно чтит различия и устанавливает связи. Так что майндсайт – одно из ключевых понятий в межличностной нейробиологии, которой я занимаюсь уже много лет.

Майндсайт можно развивать?

Его, конечно, можно развивать, как развивают слух, вкус или тактильное восприятие.

С чего начать? Помедитировать, пойти к психологу, обнять дерево?

Обнять дерево – это по-нашему, по-калифорнийски! (Смеется.) Я посвятил книгу упражнениям по развитию майндсайта – она называется «Brainstorm».  И хотя она написана про подростков и адресована подросткам и их родителям*, она будет полезна всем. Просто именно детство и подростковый возраст – тот критический момент, когда формируются наши нейронные связи.

Одно из упражнений, которые я там предлагаю для начала, такое. Когда вы идете по улице, попробуйте использовать не свой физический взгляд, а майндсайт. Вот вы видите людей вокруг, их тела, как они двигаются, как одеты – и вы говорите себе: «Это мое физическое восприятие». А затем вы приглашаете себя представить, что этот человек, возможно, думает сейчас. Или как он думает. И что он, возможно, сейчас чувствует. Что, судя по его виду, с ним могло происходить час назад, и что он может думать об этом. О чем он мечтает в будущем.

Со временем вы даже начнете чувствовать сквозь время! Вы будете с легкостью ощущать то, что происходило с вами или с другими людьми в далеком прошлом или только будет происходить в будущем.

А теперь сравните, что изменилось в вашем отношении к человеку после этого упражнения. Вот вы просто посмотрели на него, и это было одно впечатление. А вот вы использовали майндсайт – и это совсем другое ощущение человека. Как они различаются? Обычно люди сразу чувствуют разницу. Но иногда нужна тренировка.

Но майндсайт – это еще и осознание себя?

Да, и вот второе упражнение. Выберите минут пять-десять, можно прямо сейчас. Сначала почувствуйте свое тело. Как вы ощущаете свои руки и ноги, свое туловище? Ваши мышцы? Ваши сосуды? Как вы ощущаете свои внутренние органы – сердце, почки, легкие, печень? Какое у вас общее ощущение от вашего тела – вам в нем легко или тяжело, вы с ним в контакте или не чувствуете его?

Затем обратите внимание на то, какие образы возникают перед вашим внутренним взором. Яркие они или тусклые? Какие они по настроению? Что именно вы видите, что вы слышите? Теперь направьте внимание на свои чувства и эмоции. Что вы чувствуете прямо сейчас? Возбуждение, спокойствие, страх, усталость, тревогу, предвкушение? Это сильные или слабые эмоции? У вас много энергии или вы опустошены? Вы скорее открыты или закрыты?

И теперь – о чем вы думаете именно в этот момент. Мы постоянно о чем-то думаем, но, как правило, не обращаем внимания на это. Идея этого упражнения в том, чтобы начать осознавать, что с вами происходит в каждый момент, – и тогда вы начнете замечать множество вещей, которых никогда про себя не замечали.

Когда я предлагаю подобные упражнения на занятиях по практике внимательности, мне часто говорят: «Я совсем ничего не чувствую. Никаких эмоций». Или: «Я что-то чувствую, но понятия не имею, как это назвать». Почему так происходит?

На наших программах происходит то же самое! Ведь мы вырастаем, не осознавая и не чувствуя себя. Я обычно говорю своим клиентам, чтобы они не расстраивались, если поначалу им кажется, что они ничего толком не чувствуют, что они не понимают, что происходит с ними или с другими людьми. Возможно, им будет казаться, что вообще ничего не происходит.

Я в таких случаях говорю: «Вот у нас есть дневное видение. Мы к нему привыкли. Но если с яркого света войти в темную комнату, вы ничего не увидите. Нужно время, чтобы привыкнуть. Ваше зрение должно перенастроиться. И вдруг вы видите, что там – целый мир!»

Майндсайт похож на такое ночное видение – все сигналы поначалу гораздо слабее и тоньше, мы не можем сразу их уловить, а уловив, не понимаем, о чем они. Но со временем, тренируясь снова и снова, мы развиваем у себя эту способность.

Второй вопрос, который часто задают: «А откуда мне знать, что я действительно наблюдаю за своим умом, а не придумываю все это про себя и другого человека? И не превращусь ли я в результате в эгоиста, поглощенного своими переживаниями?» 

Если вы развиваете озабоченность собственными внутренними процессами, забыв об отношениях с окружающими и миром, вы не развиваете майндсайт. Ирония ситуации в том, что люди с более интегрированным самосознанием, те, кто одновременно открыты к восприятию внешнего мира и способны легко встраивать полученные сигналы в свой опыт, – такие люди, как правило, добрее и больше склонны к эмпатии и проявлению сострадания. Мы проводили много исследований на эту тему. С другой стороны, если мы поглощены происходящими в себе процессами, у нас теряется связь с внешним миром и мы рискуем стать эгоистами. Вот почему я подчеркиваю, как сильно мы все связаны между собой. Ни один человек не выживет в одиночку.

Вы часто используете термин «интеграция». Какой смысл вы в него вкладываете? 

В контексте нейробиологии это значит взаимосвязь между различными отделами мозга – например, между правым и левым полушарием, между корой и лимбической системой. В контексте отношений это значит, что мы постоянно осознаем свои связи с другими людьми и качество этих связей. Для того чтобы любая система – от мозга до человеческого общества – могла функционировать гармонично, необходимо, чтобы выполнялись два условия.

Должны быть отдельные элементы с конкретной специализацией. И между этими элементами должны быть налажены четкие, гибкие, работающие связи. Тогда система находится в состоянии интеграции – и мы воспринимаем это как гармонию. Когда я говорю об интегрированном самосознании, я подразумеваю, что в это определение включена необходимость связей с внешним и миром и другими людьми.

В вашей книге семилетняя девочка, чья мама после автомобильной аварии потеряла способность выражать свои эмоции, задает поразительный вопрос: «Но почему для того, чтобы любить меня, ей нужен мозг? Разве ей недостаточно сердца?». В своей книге вы подробно рассказываете о различных отделах мозга, об их функциях, о связях между ними — выглядит так, что сегодня, чтобы быть счастливым и здоровым, надо хорошенько изучить свой мозг.

Да, дети обладают даром точных вопросов. Я тогда ответил этой девочке, что ее мама, конечно же, любит ее не меньше, чем до аварии, но она не может больше выражать свою любовь, потому что за эту способность отвечает наш мозг. И девочке стало немного легче.

Нам необходимо понимать, как работает наш мозг, насколько хорошо развиты различные его отделы и насколько хорошо они интегрированы в единое целое, потому что именно его работа и развитие оказывает критическое влияние на качество нашей жизни, качество наших отношений и на то, как мы обращаемся с окружающим миром.

Сегодня у нас есть практики и возможности менять работу нашего мозга — и менять качество нашей жизни.

И, кстати, понимание устройства и работы вашего мозга — это также часть процесса интеграции: с нами что-то происходит, и мы способные включить это в свою картину мира.

При этом говоря о мозге, вы имеете в виду, по сути, всю нервную систему…

Да, я считаю, что мозг – это проявленный в теле невральный механизм, формирующий поток энергии и информации внутри человека и между человеком и окружающей средой. И этот расширенный мозг включает в себя «мозг в сердце» и «мозг в желудке» – обширные группы нейронов, которые играют не менее важную роль в нашей жизни, чем головной мозг. Наш мозг, если хотите, распределен по всему нашему телу.

Вы также говорите, что наш мозг — это социальный орган. Что для здорового развития и интеграции его структур человеку необходимы здоровые, открытые социальные отношения. И наоборот — разрушение социальных связей приводит к тому, что мозг может этого не выдержать. Мне кажется, это очень точно отражает происходящее сегодня в России. Мы — страна с разрушенными социальными связями, и наши мозги этого не выдерживают. Поэтому я хочу вас спросить — что мы можем сделать или изменить в этой ситуации?

На строение и работу нашего мозга оказывают влияние два главных фактора. Первый — это генетика. Наш повседневный опыт не влияет на генетику напрямую, но оказывает существенное влияние на экспрессию тех или иных генов. Это называется эпигенетический регуляцией. Если мы посмотрим на русскую историю, то это крайне травматичная социальная история — войны, революции, репрессии.

Обширное немецкое исследование выявило, что внуки переживших холокост, хотя и жили в совершенно благополучной среде, были в разы более подвержены стрессу, чем контрольная группа. Например, их контуры мозга, которые активируются при опасности или голоде, были активны также, как и у людей, которым в реальной жизни грозят опасность и голод. Мы храним эту память в своих генах, и она формирует наше субъективное восприятие реальности.

Обширное немецкое исследование выявило, что внуки переживших холокост, хотя и жили в совершенно благополучной среде, были в разы более подвержены стрессу, чем контрольная группа.

Если во время репрессий люди не могли доверять буквально никому, даже близким родственникам, то сейчас потомки этих людей в России хранят в своих генах эту память. И тогда доверие будет трудно приживаться в таком обществе. Мы знаем, что стресс активирует эти эпигенетические механизмы. Социальные стрессы последних лет могли активировать в русских людях эти спящие реакции. И если вы это понимаете, вы можете изменить эту ситуацию.

Второй фактор — это ранее детство. Мы знаем, опять же благодаря исследованиям, как самые первые детские впечатления у младенцев влияют впоследствии на весь их жизненный опыт. Можно сказать, что если ребенок растет в ситуации интегрированных здоровых отношений, то и его мозг развивается интегрированным. Что значит — интегрированные отношения? Это значит, что родители способны чувствовать и понимать уникальные потребности своего ребенка, видеть и чувствовать его (то есть развили в себе майндсайт). Удовлетворяя эти потребности, они тем самым формируют у ребенка доверие к отношениям между людьми и к миру.

Я много лет занимался исследованием вопроса привязанности — того, как формирование здоровой привязанности в раннем детстве впоследствии влияет на здоровье и благополучие человека. И что меня совершенно потрясло в те первые годы исследований, так это то, какое огромное, решающее влияние ранние механизмы привязанности оказывают потом на всю нашу жизнь. Именно от них зависит, будет ваш мозг развиваться здоровым, или остановится в развитии.

Если в детстве не повезло, есть ли возможность повлиять на это в зрелом возрасте?

Да. Майндсайт — это особым образом направленное внимание. Практика внимательности — разновидность медитации, которая включает в себя много различных техник — помогает усилить механизмы интеграции между различными отделами мозга.

Например, мы обнаружили, что структурные изменения в мозге людей, занимающихся практикой внимательности, аналогичны тем изменениям, которые мы видели на сканах мозга людей, проходивших терапию по поводу нарушений привязанности. И это совершенно невероятное открытие! Потому что многие считают, что медитация должна научить нас непривязанности. Но, похоже,  это не совсем корректное представление.

Хорошие учителя медитации всегда подчеркивают, что для того, чтобы превзойти эго, надо его сначала сформировать. Вы не можете отказаться от того, что толком не понимаете и чем не управляете…

Верно. Так и есть. Теперь у нас есть научные доказательства этого. И это дает каждому человеку большую надежду и силы, потому что это свидетельствует о том, что в каких бы жизненных обстоятельствах вы ни оказались, у вас всегда есть возможность начать работать над усилением качества интеграции в вашем мозге и таким образом повлиять на качество вашей жизни — независимо от политических и социальных условий. И, возможно, если появится большое количество людей с развитым майндсайтом, социальная жизнь общества в России также начнет меняться.

Мы можем и должны менять свою жизнь к лучшему.

* D. Siegеl «Brainstorm. The Power and Purpose of the Teenage Brain» (Tarcher, 2014).

Хотите оставить комментарий? Делайте это внимательно!

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s