Книги, О методе
Leave a Comment

Просветление – постепенно или внезапно? Главы из книги “Указывая великий путь”

В издательстве “Ганга” в серии “Самадхи” вышла книга Дэниела П. Брауна “Указывая великий путь: Махамудра. Этапы пути медитации”. Это уникальный для западного буддизма труд, в котором впервые очень четко и ясно систематизируются этапы постепенного пути к просветлению как они описываются в классических тибетских текстах и даются подробные пояснения и комментарии для западных практикующих.   С разрешения издателя я публикую здесь несколько глав.

Перевод © Антон Мускин

Так как “Указывая великий путь” — книга сложная и по сути являющаяся руководством по практике, я выбрала из нее самые первые главы, в которых автор рассказывает о том, что побудило его написать эту книгу и о том, почему он считает постепенный путь пробуждения наиболее подходящим для западных практиков медитации.

Вступление

…Распространение восточных духовных традиций на Западе является в некоторой степени экспериментом. Как трансформируется в результате наша культура? Как наша культура трансформирует буддизм, после того как он утвердится на Западе? Какие способы медитации наиболее подходят западным практикующим?

По моему мнению — мнению психолога, — несмотря на то что дзен-буддизм и бирманская традиция практики медитации памятования (випассана) имеют на западе множество последователей, подход к буддийской медитации в этих школах не является идеальным для западного ума. С другой стороны, давая учение в рамках ретритов по медитации, в которых участвовало довольно много тибетских лам — выдающихся реализованных мастеров медитации, — я заметил, что и они часто не могут передать свои знания в той форме, которая наиболее доступна их западным ученикам. Существует по крайней мере три области, в которых учения по буддийской медитации в их исконной форме не воспринимаются западными учениками во всей полноте.

Alex Grey, Prostration

Во-первых, традиционный путь развития медитации подразумевает определённую систему предварительных практик, которые предназначены для того, чтобы подготовить тело и ум к медитации, и повышают вероятность более быстрого прогресса в занятиях. На Востоке нет ничего необычного в том, чтобы провести десять лет своей жизни выполняя эти предварительные практики, перед тем как перейти к формальной медитации. Многие западные практикующие оставляют их без внимания, потому что им чужда форма передачи этих практик. Такие практикующие обычно сразу переходят к формальной медитации. Они приносят с собой на подушку для медитации множество своих дурных привычек из повседневной жизни и поэтому не могут добиться никакого прогресса на пути.

Другие практикующие с готовностью принимаются за предварительные практики, но делают их небрежно и поэтому тратят годы на выполнения простираний, повторение молитв, не понимая при этом их предназначения. Они различными способами демонстрируют свою преданность и слепо имитируют или идеализируют своего учителя таким образом, что это не только мешает подготовить тело и ум к формальной медитации, но и снижает их уверенность в себе, ещё больше задерживая их развитие.

Во-вторых, нам необходимо разобраться, какие методы показали себя как наиболее эффективные для западных практикующих и действительно способствовали их внутреннему изменению. В настоящее время западной традицией личностного роста и развития считаются различные школы психотерапии (ср. [Rieff, 1959]). Основной чертой большинства методов психотерапии является первостепенность здоровых отношений между терапевтом и пациентом. В действительности, в то время как около 15 % терапевтического эффекта возникает благодаря специальным техникам лечения, 30 % эффекта — вдвое больше — проявляется в результате присутствия таких аспектов отношений, как сочувствие, принятие, поддержка [Lambert, 1992]. Некоторые школы психотерапии рассматривают терапевта, наладившего с пациентом корректирующую эмоциональную связь, в качестве основной движущей силы изменений в психотерапии [Alexander, French, 1946; Luborsky, Crits- Christoph, 1998].

Тот факт, что возникшая на Западе великая традиция психологии опирается в основном на построение взаимоотношений между терапевтом и пациентом, означает, что для нашей культуры наиболее приемлемой техникой обучения медитации будет техника, которая также опирается на взаимоотношения.

Западная психотерапия, возможно, могла бы послужить культурологически приемлемым методом, помогающим решить хотя бы некоторые из тех задач, которые ставят перед собой предварительные практики.

 

Психотерапия действительно может служить хорошей подготовкой для истинной практики медитации, как я уже утверждал в других книгах [Wilber, Engler, Brown, 1987], но при этом всё же не может выступать самодостаточным методом для обретения всех тех навыков, которые появляются у практикующего в результате выполнения предварительных практик в рамках великих традиций, связанных с созерцанием. Необходимо выяснить, насколько сильно трансформирует буддийскую практику медитации западная культура. В чём будет заключаться отличительная особенность американского буддизма?

По моему мнению, американский буддизм будет больше ориентирован на взаимоотношения, и поэтому трансформация коснётся в основном монашеских форм буддизма, которые изначально распространились в нашей стране. Несмотря на то что во главу угла в тибетском буддизме поставлены взаимоотношения учителя и ученика, в действительности свободный доступ к духовному наставнику скорее является исключением, чем правилом, и тем сложнее установить отношения, которые привели бы к подлинному глубокому взаимодействию. Чаще всего западный ученик выражает свою преданность, оказывая поддержку той организации, которую учитель возглавляет, а учитель, в свою очередь, проводит коллективные учения  и периодически устраивает личные встречи, в ходе которых часто возникают культурные барьеры, мешающие взаимопониманию.

Мой интерес к традиции махамудры можно объяснить тем, что она изначально основана на взаимоотношениях и использует «указующую»* манеру обучения. В процессе взаи- моотношений с учеником учитель внимательно следит за его практикой, с тем чтобы у него не оставалось сомнений, что развитие ученика происходит без отклонений, и чтобы помочь ему научиться самостоятельно находить и исправлять ошибки, которые иначе могли бы замедлить прогресс. Я твёрдо убеждён, что форма обучения медитации, основанная на взаимоотношениях, характеризующихся постоянной обратной связью, является идеальной для современного западного человека.

Мы можем обозначить третью область, где учения по буддийской медитации в их исконной форме не воспринимаются во всей полноте западными учениками… Современный западный человек научился рассуждать в соответствии с пошаговыми инструкциями. Для западных практикующих наиболее полезными являются те восточные традиции медитации, которые ясно определяют этапы развития, особенно если они содержат объяснения базовых техник, конкретных результатов и критериев прогресса, а также тщательное описание характерных проблем и способов их решения. Поэтому я твёрдо убеждён, что традиция индо-тибетского буддизма с её последовательными «ступенями медитации» отлично подходит для западного менталитета. В этой книге я попытался сохранить традиционный тибетский подход к наставлениям по этапам медитации, а также привнести особенности подхода пошаговых инструкций, которые так хорошо знакомы западному человеку…

Alex Grey, Vajra Guru

И, наконец, изучая сущностные традиции, такие как махамудра и дзогчен, я открыл для себя, что реализация, которой можно достичь путём обычной концентрации и практики випашьяны, становится намного глубже благодаря переходу на чрезвычайно тонкий уровень ума. Другими словами, дело было не столько в концентрации на выбранном объекте медитации, сколько в том, какой уровень ума вовлечён в концентрацию. Внимание уделялось переходу ума с позиции представления себя в качестве «я» на позицию исключительной сущности истинной природы ума, и принятие этой новой позиции во время медитации позволяло довести качество практики до такого уровня, когда становилось возможным пробуждение ума.

В конечном итоге тридцатилетний опыт личных сеансов психотерапии и сеансов, которые я проводил для небольших групп пациентов, убедил меня, что учить медитации на основе взаимоотношений вполне возможно — как в рамках длительного личного общения, так и форме ретритов, в которых принимают участие небольшие группы практикующих.

Все эти выводы послужили основой для моего скептицизма в отноошении западного стиля медитации, который некоторые называют «счётчик пробега» и который предполагает, что чем больше времени мы проводим на подушке для медитации, тем глубже становится наша медитация.

 

И как западный психолог, проводящий исследования влияния практики медитации, и как учитель медитации я пришёл к выводу, что абсолютное большинство западных практикующих, несмотря на то что они пребывают в состоянии расслабления непосред- ственно во время медитации, тем не менее редко достигают самых глубоких уровней концентрации, описанных в классических текстах, посвящённых девяти стадиям, обладают лишь самым общим пониманием пустотности и очень редко полностью или даже частично постигают истинную природу ума.

Кто-то, возможно, возразит, что я придерживаюсь «целевого» подхода к медитации, который, как считается, противоречит самим принципам медитации. Однако, если быть до конца честными, то и в самой традиции упоминаются очень конкретные цели медитации. Например, целью практики шаматха считается стабилизация ума таким образом, чтобы он непрерывно и без отвлечения удерживался на выбранном объекте медитации; целью обычной випашьяны является прямое переживание пустотности, а целью особых сущностных практик — полное пробуждение или просветление…

Я надеюсь, что людям Запада, практикующим медитацию, станут доступны лучшие из всех инструментов для практики, что были созданы за последние столетия, к которым существуют подробные инструкции по использованию: методы выполнения практики; описание разновидностей медитативных состояний, которые необходимо с помощью этих методов развивать; ясное описание признаков прогресса, на которые следует обращать внимание; а также чёткое обозначение типичных проблем и методов их решения…

Интеллектуальное понимание или непосредственный опыт?

Успешное духовное развитие подразумевает нахождение баланса между интеллектуальным пониманием каждого этапа медитации и непосредственным медитативным переживанием. Если уделять чрезмерное внимание какому-то одному из этих двух аспектов, то вероятность прогресса сильно уменьшится.

В популярной тибетской тематической литературе эти крайности обычно проиллюстрированы примерами пандита и кусали. Пандит — это стереотип учёного, который прилагает большую часть усилий к тому, чтобы понять философию, связанную с какой-либо определённой формой духовной практики, но сам при этом никогда не практикует. Пандит объясняет своё нежелание практиковать тем, что медитация является анти-интеллектуальной.

Термин кусали происходит от названия травы, которой обычно набивают подушки для медитации. Кусали — это стереотип пылкого практикующего, который часы напролёт проводит на подушке для медитации, пытаясь углубить своё медитативное переживание. Кусали редко раздумывает над качеством своей медитации, редко делится своими переживаниями с другими практикующими и редко изучает авторитетные источники, чтобы сравнить свой собственный опыт с опытом, описанным в классической духовной литературе. Без какой-либо программы действий, без систематического размышления кусали рискуют приобрести тонкие негативные привычки, которые в конце концов остановят их прогресс. Опытные практикующие находят гармоничный баланс между непосредственным медитативным переживанием и интеллектуальным пониманием текстов, написанных мастерами прошлого. Благодаря этому они могут производить необходимые корректировки и сохранять уверенность, что их медитативные переживания и постижения свободны от изъянов…

Цель духовного развития в буддизме

На Западе принято справляться с ежедневным ощущением несчастья с помощью психотерапии. Однако, как утверждает с своей работе «Недовольство культурой» Зигмунд Фрейд, психоанализ годится лишь для того, чтобы облегчить страдания, связанные с неврозами, он бессилен перед ежедневным ощущением несчастья. Буддизм начинает действовать именно там, где действенная психотерапия опускает руки, и работает с обычным ежедневным ощущением несчастья. Он направлен на то, чтобы устранить его. С самого начала своего существования буддизм уделял особое внимание важности освобождения от страданий. Это особое внимание можно заметить в доктрине Четырёх благородных истин, в соответствии с которой жизнь характеризуется той или иной формой страдания. Цель духовного развития, происходящего благодаря буддийской медитации, — это избавление от страдания путём устранения его причины. Указывая ве ликий путь.

Alex Grey, Nature of Mind Panel 2

Палийское слово дуккха, которое обычно переводят как «страдание», можно также перевести как «реагирование». Ведь когда мы переживаем события, разворачивающиеся в нашем потоке ума момент за моментом, обычный ум реагирует на них, основываясь на привычных склонностях. Если событие воспринимается как приятное, ум в силу привычки устремляется к нему. Если событие воспринимается как неприятное, ум его отталкивает. В буддизме эти автоматические реакции называются соответственно «привязанность» и «неприязнь», а отклонения от непрерывного потока сознавания — «не-сознавание» или «неведение». Вместе эти «три яда» сопровождают каждое мгновение обычного восприятия. Они являются привычками. Они скрывают от нас естественное состояние нашего ума и в силу этого становятся основополагающей причиной ежедневного ощущения несчастья.

Другими словами, буддизм определяет ежедневное ощущение несчастья как вошедшую в привычку дисфункцию восприятия. Если взглянуть на ситуацию с данной точки зрения, то эту дисфункцию можно распознать и исправить — и таким образом искоренить причину ежедневного ощущения несчастья.

 

Упорная практика медитации ведёт к серии изменений в сознании, результатом которых является трансформация, известная как «просветление». В раннем буддизме просветление означало устранение тенденции ума к реагированию и к отклонению от сознавания. Такое просветление не изменяет содержание нашего опыта. Однако, что бы мы ни воспринимали, мы воспринимаем это с полным сознаванием и в отсутствие каких-либо реакций. Весь опыт — позитивный и негативный — переживается одинаково, с непрерывным полным сознаванием. Таким образом, качество каждого момента повседневного восприятия существенно возрастает.

В позднем буддизме — буддизме махаяны появился новый взгляд на просветление. В раннем буддизме всё внимание уделялось отдельному практикующему, и просветление означало его освобождение от страданий. С точки зрения махаяны практикующий стремится пробудить умы всех живых существ. Такое благородное устремление подразумевало, что индивидуальный медитативный опыт может выйти на фундаментальный уровень сознания, общего для всех живых существ. Именно это сознание тончайшего уровня является умом совершенного будды.

В традиции махаяны практика медитации с целью достичь просветления подразумевает по сути просветление всех живых существ. Потому что когда отдельный практикующий достигает просветления, его переживание, благодаря взаимозависимому возникновению, неуловимо воздействует на всех живых существ. Таким образом, в махаяне просветление — это одновременно и освобождение, и реализация всеведения — пробуждённой мудрости будды. Пробуждённый ум будды проявляется как бесконечная мудрость и безграничное сострадание. Можно сказать, что, в то время как ранний буддизм уделял больше внимания устранению негативных свойств, просветление традиции махаяны подразумевает всеобъемлющую реализацию всех позитивных качеств ума, квинтэссенции нашего человеческого потенциала.

Постепенно или внезапно?

Alex Grey, Nature of Mind Panel 6

Обычно говорят о двух путях, ведущих к просветлению, — внезапном пути, когда просветление, как кажется, происходит моментально, и постепенном пути, когда продвижение к просветлению происходит от этапа к этапу, которые приведены в систему и предсказуемы. Лишь очень немногие ученики в состоянии достичь просветления в тот же самый момент, когда мастер проводит прямое ознакомление с природой ума. Многие студенты посвящают практике долгие годы, так и не познав окончательного состояния. Чем же обусловлена такая значительная разница в прогрессе?

Обычно, отвечая на этот вопрос, говорят о том, что практикующие обладают разными способностями — обычными, особыми или высшими. Те практикующие, кто обладает высшими способностями, могут достичь просветления в тот момент, когда мастер проводит ознакомление с истинной природой ума. Иногда они достигают реализации даже без посторонней помощи.

Тем практикующим, кто обладает особыми способностями, открываются самые глубокие уровни ума, и они достигают просветления, используя для систематической медитации искусные методы, которые соответствуют их времени и культуре. Практикующим с обычными способностями, чьей истинной реализации препятствуют негативные состояния ума, необходима долгая предварительная практика, которая помогает подготовить ум к духовному развитию.

В действительности способности практикующего объясняют различия в духовной реализации лишь отчасти. Существует несколько других переменных, влияющих на результат:

1) характеристики практикующего (интеллектуальное развитие, способность обнаруживать и решать проблемы, соотношение негативных и позитивных состояний ума, уровень и разнообразие опыта медитации, а также состояние ума во время прямого ознакомления);

2) характеристики учителя (степень реализации учителя, способность учить других или, скорее, передавать реализацию);

3) качества учений (ясность, глубина, уровень сложности);

4) обстоятельства — то, насколько доступны учения.

Различные искусные методы — это лишь различные пути обнаружения сознавания, необходимого для постижения присущей уму природы.

Достоинства постепенного пути

Для обычных людей более предпочтительным является постепенный путь духовного развития — путь, разделённый на определённые этапы, для которого чётко указаны промежуточные результаты и методы их достижения. Этот постепенный путь духовного развития обычно известен как «этапы пути» (lam rim). Иногда, стремясь подчеркнуть, что речь идёт о практике медитации, используют более специализированное название «этапы медитации» (sgom rim).

Alex Grey, Nature of Mind Panel 1

Постепенный путь — это путь открытий и обучения. На Западе популярна так называемая «теория научения» — модель, хорошо известная в психотерапии. В соответствии с теорией научения, чем чаще мы повторяем определённый паттерн поведения или устанавливаем с ним связи, тем лучше перенимаем его. Усвоив выученный паттерн поведения в рамках практики, мы переносим это новое знание на другие ситуации. Доступ к выученному паттерну поведения становится более быстрым и доходит до автоматизма.

Буддизм обладает собственной теорией научения. Можно дать ей название «теория кармы». Теория научения придаёт большое значение поведению, а теория кармы, в свою очередь, уделяет особое внимание действиям — как физическим, так и ментальным. Но в то время как западная теория заявляет, что усиление связей способствует обучению, в теории кармы утверждается лишь то, что: 1) действия всегда ведут к предсказуемым следствиям; 2) повторение действий увеличивает их силу и степень воздействия и 3) прекраще- ние действия делает следствия менее значительными.

Основной посыл теории кармы в том, что все действия имеют свои следствия. О следствиях любого действия обычно говорят, что они «созревают» (smin ba) через какое-то время как ментальные события, а потом и как паттерны поведения. Общее следствие всех привычных негативных действий — это загрязнение* обычного ума. И наоборот: осуществление позитивных действий через определённое время ведёт к тому, что негативные ментальные состояния возникают реже, а позитивные, которые делают ум более подготовленным к высоким реализациям, чаще.

Постепенный путь подразумевает последовательное обучение. В соответствии с теорией кармы, искусный практикующий постепенно очищает свой обычный ум и исправляет дефекты его функционирования, и таким образом становится возможным проявление тонкого и тончайшего ума. Это процесс иногда сравнивают с тем, как из руды получают драгоценный метал.

 

Существует множество моделей поэтапной системы медитации. В старой буддийской традиции тхеравады практика медитации изучалась по стандартным инструкциям, таким как “Путь очищения” (пал. Visuddhimagga). Примерно в то же время в работе Асанги и Майтреи описывается модель поэтапной медитации индийской традиции махаяны. В тексте “Украшение сутр махаяны” (Mahāyānasūtrālaṃkāra) и в других своих работах Асанга описывает два основных этапа медитации — шаматху и випашьяну. Далее он разделяет шаматху на девять ступеней, известных как “девять стадий концентрации ума”.

Практика шаматхи заключается в том, чтобы сфокусировать ум на выбранном объекте медитации и удерживать его на нём без отвлечения всё дольше и дольше, чтобы научиться заставлять ум непрерывно и без отвлечения “удерживаться” на выбранном объекте. Отзывы практикующих, собранные за долгие годы, позволили структурировать эту практику в девять отдельных стадий, или, другими словами, «степеней очистки» этой способности. Усилиями Атиши и Камалашилы эта модель в конце концов обосновалась и в Тибете и позже была принята там как официальная.

В XII веке тибетский мастер Гампопа (1079–1153) разработал систему медитации, ставшую известной как «система четырёх видов йоги», которая наряду с обычными практиками шаматхи и випашьяны включала и особые практики махамудры. Эта система состоит из двух обычных этапов — шаматхи и следующей за ней випашьяны — и двух особых этапов — йоги единого вкуса и следующей за ней йоги немедитации. Мастера прошлого редко разделяли учение на отдельные этапы, потому что уделяли основное внимание мгновенной реализации, случавшейся в момент прямой устной передачи. Вклад Гампопы заключался в том, что он составил детальное объяснение этапов обычных практик — шаматхи и випашьяны, — с помощью которых можно заложить основу для мгновенной реализации. Используя подход четырёх видов йоги, Гампопа объединил методы традиций сутры и сущности в единую систему.

Дэн Браун о том, почему и зачем он написал эту книгу

Эта книга задумывалась как руководство по духовной практике. В ней рассказывается о тибетской традиции медитации, которая называется “махамудра”. Речь пойдёт о постепенном пути — последовательном процессе практики, который зачастую противопоставляют внезапной реализации. Таким образом, в книге содержатся: пошаговое руководство по методам практики, точное определение различных этапов и их предполагаемых результатов, а также описание типичных проблем и путей их решения…

Уникальная особенность этой книги — в объединяющем подходе к этапам медитации махамудры. В настоящее время на английском языке доступно множество книг по этапам буддийской медитации в целом и по медитации махамудры в частности. И всё же ни один из этих текстов и комментариев не описывает внутренний опыт прохождения этих этапов настолько детально, чтобы передать всю их многогранность. Значительная часть этих текстов — особенно коренные тексты и определённые наставления — написаны в очень сжатом стиле и никогда не были предназначены для детального объяснения практики. Они лишь могут служить “шпаргалкой” для практикующих, которые уже хорошо знакомы с этой практикой.

Точно так же и комментарии к этим текстам зачастую не останавливаются достаточно подробно на описании соответствующего медитативного опыта, потому что их главной задачей является сопоставление описанных практик с общей буддийской традицией путём цитирования широко известных источников. Итак, ни один из этих текстов не описывает этапы медитации настолько детально, чтобы читатель действительно смог усвоить технику медитации. В этом смысле данную книгу можно считать заслуживающей внимания альтернативой. Объединив материал из разных коренных текстов, отдельных наставлений и комментариев, я составил внятное пошаговое пособие по медитации махамудры…

Alex Grey, Shunyata

Большинство западных научных исследований по религии предполагают, что опыт мистического переживания невозможно выразить словами. Считается, что мистические состояния настолько глубоки, что их невозможно описать. Это далеко не так. Речунгпа — современник великого тибетского святого Миларепы — составил текст, в котором очень подробно описаны все изменения, происходящие с телом и умом в момент достижения просветления. Самое поразительное в его тексте, который озаглавлен “Ясная мудрость махамудры”, — это чётко выверенное описание внутренних состояний. С точки зрения точности описания медитативных переживаний тибетский буддизм является, пожалуй, уникальной духовной традицией; в западной тематической литературе не встретишь ничего подобного.

Западный мистицизм в основном не выходил за рамки опыта отдельных практикующих, небольших групп или временно существовавших движений. Мистики же в свою очередь либо не вдавались в подробности своих духовных достижений, либо использовали для их выражения весьма своеобразные средства, которые соответствовали их уникальной реализации и культурному контексту…

Другой уникальной особенностью книги является подход, основанный на взаимоотношениях. На Западе бытует стереотип практикующего-одиночки, который редко когда распространяется о своих медитативных переживаниях.

Медитация в рамках ранней традиции махамудры основывалась на интенсивных взаимоотношениях учителя и ученика. Обычно учитель «указывал» ученику на истинную природу ума и давал ему персональные наставления по практике; ставил задачи, которые нужно реализовать, и описывал проблемы, которые возникают на каждом этапе практики.

 

Затем учитель наблюдал за прогрессом ученика и помогал ему корректировать практику, когда ученик отклонялся от пути, ведущего к запланированному результату.Традиция формального ретрита появилась лишь с развитием монашества. Неизбежным последствием перехода к монашеству явилось то, что прямое наблюдением учителем за практикой ученика и его непосредственное вмешательство в ход практики стали происходить всё реже.

Эта книга задумывалась как инструмент, позволяющий вернуться к изначальному подходу к обучению — основанному на личных отношениях, который, возможно, больше подходит западным практикующим, чем монашеская традиция или традиция уединённых ретритов. Моё предположение состоит в том, что совершенствование медитации происходит более быстрыми темпами, когда учитель даёт подробные наставления на каждом её этапе. Следуя духу указующего стиля обучения, я поставил целью этой книги, как и гласит её заголовок «Указывая великий путь», подробное и детальное описание практики медитации, начиная с самых азов постепенного пути и заканчивая его финалом. И хотя наставления, которые приводятся в этой книге, невозможно персонифицировать для каждого отдельного читателя, тем не менее само детальное описание внутренних состояний ума сделано в строгом соответствии с традицией ранних указующих наставлений.

Комментарии

* ngo sprod pa — этот термин буквально означает, что происходит встреча или знакомство с чем-то или кем-то, чего или кого мы раньше не знали. В сущностных традициях этот термин обычно используют для того, чтобы описать ситуацию, когда учитель показывает ученику природу его ума, или, другими словами, проводит «ознакомление» с природой ума. На русский язык этот термин обычно переводится в качестве существительного — «указание», «ознакомление», «знакомство»; или в качестве гла- гола — «показывать», «указывать», «проводить ознакомление»; «знакомить». В переводе на русский язык все эти эквиваленты будут использоваться в зависимости от контекста и построения фразы, но по сути их значение всегда остаётся неизменным.

∗ Санскр. āvaraṇa; тиб. sgrib pa — дословно означает “то, чтозакрывает, затемняет или скрывает что-либо”. На русский язык обычно переводится как “омрачение”,”загрязнение”, и так далее.

Об авторе

Дэниел П. Браун — адъюнкт-профессор клинической психологии Гарвардской школы медицины. Автор четырнадцати книг, включая «Трансформации сознания» (Transformations of Consciousness), написанную в соавторстве с Кеном Уилбером и Джеком Энглером, а также две книги публичных диалогов с Далай-ламой. Изучал тибетский, санскрит, буддийский санскрит и пали. Посвятил десять лет переводу текстов по медитации для своей докторской диссертации по тибетско-буддийской традиции махамудры. Изучал практику медитации около сорока лет; начинал с изучения принципов «Йога-сутр» Патанджали (под руководством Мирча Элиаде); проходил обучение практике внимательности в рамках бирманской традиции буддизма тхеравады у Махаси Саядо и Джека Корнфилда. Бо́льшую часть своего медитативно-созерцательного пути провёл в рамках индо-тибетской традиции буддизма махаяны. Также обучался различным другим практикам ваджраяны (в том числе дзогчен) у различных буддийских учителей. Опыт преподавания медитативных ретритов более 20 лет.

Leave a Reply